Учитывая извечную вражду людей с волком, можно было полагать, что агрессия последнего по отношению к человеку более вероятна в местах, где зверь чувствует себя хозяином, в угодьях, удаленных от человеческого жилья. Однако анализ описания случаев людоедства волков, в которых указывалось конкретное место (их набралось 172), показал обратную картину.

В удалении от жилья совершалось только 41,3 % агрессий, а остальные 58,7 % — вблизи населенных пунктов. Из 100 случаев нападения, составляющих эти 58,7 %, три произошли, когда зверь прокрадывался на сеновал или в сени дома и там хватал спящего ребенка, 39 — когда волк хватал дитя непосредственно у родной избы, и 58 — когда агрессия совершалась рядом с деревней и близ нее.

Сопоставление нападений волков

Сопоставление нападений волков показало: средний возраст жертв различен в зависимости от расстояния до деревни от места, где совершена агрессия. Когда это происходило близ деревни, то средний возраст схваченных волком детей составил 8,8 года, если расстояние было меньшим — рядом с деревней (на задворках, в огороде, у околицы), этот показатель снижался до 7 лет.

Когда зверь хватал ребят в самой деревне — рядом с домом, во дворе, их возраст в среднем равнялся 6,6 года, а у детишек, украденных из сеней,— был равен 5,3 года. То есть чем ближе к взрослым людям, тем возраст украденных волком детей меньше.

В то же время

И наоборот: вдалеке от населенного пункта — в лесу, кустарниках, на дороге средний возраст увеличивался до 9,4 года. Это можно объяснить различием в самостоятельности детей разного возраста: чем старше ребенок, тем дальше он решается отойти от деревни. В то же время можно полагать, что тут замешана и сметливость зверя: он понимает, что опасность возмездия возрастает при разбое в населенном пункте, с легкой ношей легче скрыться от преследования, которое тем вероятнее, чем ближе схвачен им ребенок от человеческого жилья. А в отдаленных угодьях волк чувствует себя уверенней, нападает на детей и более старшего возраста.

Эти соображения подтверждаются также анализом возраста жертв в зависимости от сложившейся ситуации. Средний возраст детей, уносимых волком, когда не было погони, равен 6,2 года. Этот показатель для детей, брошенных хищником, когда за ним возникла погоня, равнялся 7,5 года. А средний возраст детишек, утащенных волком, несмотря на то, что за ним погнались люди, составил 5,5 лет. Чем меньше возраст ребенка, тем меньше его вес, легче тащить и быстрее можно бежать.

Волк.

При нападении волков на ребят

При нападении волков на ребят в группе волк не только хватает большей частью самого маленького, но нередко дожидается момента, когда тот приотстанет от сверстников или, споткнувшись, упадет. Об этом не раз упоминалось в описаниях волчьих разбоев. Чувствуется некоторая неуверенность хищника в действиях по отношению к необычной для него жертве. В то же время известны случаи невероятной наглости волка, когда он уносил ребенка на глазах матери или других взрослых людей, стремился вырвать, малолетнее дитя из рук.

Вот один из примеров. «На мызе Палла Дерптского уезда Лифляндской губернии дети крестьянина Юри Туба, одиннадцатилетний сын Ян и шестилетняя дочь Кадри, 16 июля собирали в пятидесяти шагах от дома ягоды, когда вдруг показался волк. Ян, чтобы спасти, схватил сестру на руки, но волк, подбежав, вырвал ее у него и скрылся с добычей в лесу, на крик Яна приспела хозяйка двора, но при преследовании волка найдены только разорванное платье девочки и несколько костей ее» (Ж. М. В. Д. 1846, ч. 16, с. 563). Зверь способен пренебречь и присутствием взрослого парня. «В Быхоаском уезде Могилевской губернии 31 июля крестьянин деревни Азарич, Денис Филипов — 18, и два мальчика: Федор Михайлов — 12 и Юрий Азаров— тоже 12 лет, возили сено; с ними вместе находилась и девочка Дарья Азарова — 8 лет, которая при переправе через ручей отнята у них из рук настигшими их волками и унесена в лес. Находившиеся на сенокосе вблизи от места происшествия крестьяне ни в чем не могли спасти несчастную девочку и, погнавшись вслед за волками, отыскали только в двух местах рубаху и части ее тела» (Там же). Раны людям волки наносят большей частью в области шеи и головы.

Таких ран более 60 %. Особенно часто зубы хищника смыкаются на горле и шее жертвы — таким образом волки расправлялись с каждым четвертым ребенком. Однако смертельные укусы в шею часто сочетаются с покусами рук, ног, пальцев и других частей тела. Зафиксировано максимальное число укусов — сорок. Схватив ребенка, волк не всегда сразу же умерщвляет его. Бывали случаи, когда людям удавалось отобрать жертву живой с незначительными повреждениями.

Приведем один из таких примеров. «20 апреля в Суражском районе Витебской губернии в имении помещика Потемкина находившийся при пастьбе скота крестьянский мальчик Павел Абрамов от роду 14 лет был схвачен выбежавшим из леса волком и унесен в лес: его отбил там крестьянин помещика Ковецкого Кирилла Кузьмин и отправил с другим пастухом в деревню; но тот же волк, воротясь из леса, в другой раз схватил несчастного парня, причем в другой раз отбили его сбежавшиеся из деревни люди.

Спасенный таким образом от двух бед мальчик не только остался живым, но даже не получил опасных повреждений, кроме нескольких сине-багровых царапин на правом боку и правой руке» (Ж. М. В. Д., 1849, ч. 7, с. 148—149). Приведенный факт свидетельствует и о том, что, преследуя жертву, хищник проявляет упорство.

Данная особенность волков

Данная особенность поведения имеет биологический смысл: переключение на новый объект невыгодно, так как новая жертва имеет свежие силы, а волк частично их уже утратил. Однако это правило волк соблюдает не всегда.

При нападении на группу ребят он может отвлекаться от первоначально избранной жертвы и переключаться на ее защитника. При нападении на детей волк применяет свойственные ему приемы, используемые в отношении своих обычных охотничьих объектов. Были случаи, когда, схватив ребенка, хищник ударял его о землю — известный способ снижения сопротивляемости жертвы.

Зимой встречи детей с волками бывают гораздо реже, чем летом.

В сообщениях упоминается

В сообщениях упоминается также о закидывании ребенка, подобно украденной овце, на спину, что облегчает бегство волка. Схватив жертву, волк большей частью стремится унести ее в укромное место, чаще всего в лес, иногда в кустарник, в посевы ржи. На какое расстояние? В девяти описанных случаях оно колебалось от половины версты до трех и а среднем было равно 1,4 версты, то есть — примерно полутора километрам. В четырех из этих случаев останки детей находили в болоте.

Большинство нападений волков на детей и взрослых совершалось а светлое время суток: и утром, и в полдень, и днем. Только в семи случаях (2,6 %) разбои происходили поздно вечером или ночью. Дневные агрессии волков определялись дневной активностью человека: люди пребывают вне помещений и становятся доступными для хищников.

Известно, что волку более присуща ночная активность, и в данном случае он, проявляя пластичность, адаптировался к суточному режиму жертвы. В изученных нами случаях нападения совершали в основном единичные волки (68%), трижды (1,3%) зафиксировано участие в разбое двух волков, один раз, а феврале, а нападении участвовала стая этих хищников.

В шести случаях количество волков — участников агрессии осталось неясным, и в 65 сообщениях говорилось о растерзании ребенка «волками»; однако из-за отсутствия подробностей нет уверенности, что в каждом из этих случаев хищников было несколько.

Воруя детей, волки в подавляющем большинства оставались безнаказанными

Только а 8,3 % случаев нападений волки были убиты, то есть в девяти случаях из десяти хищник оставался живым. Сообщалось, что обеспокоенные разбоем волков власти иногда организовывали облавы на них, а которых участвовало до двух тысяч человек, но никогда они не приносили существенных результатов — оказывались уничтоженными лишь два-три волка, а то и ни одного. Из имевшихся в России XIX века 70 губерний, областей и особых управлений нападения волков на детей и людоедство отмечены в период с 1840 по 1861 г. в 23 губерниях.

Распространение этого ужасного явления (273 факта) по регионам неравномерное. В Енисейской, Хованской, Костромской, Тверской, Томской и Харьковской губерниях было отмечено по 1— 2 случая. В Иркутской, Калужской, Витебской, Вологодской, Волынской и Псковской — по 3—6, во Владимирской, Киевской, Минской, Московской, Черниговской — по 8— 15 случаев. Самых неблагополучных губерний по разбою волков в отношении детей было пять: Подольская — 19 случаев, Гродненская — 20, Лифляндская—21, С.-Петербургская — 22 и, наконец, рекордное число — Могилевская губерния — 30 случаев.

Нападения волков, как правило, были приурочены не ко всей губернской территории, а к отдельным уездам. Людоедство волков было наиболее характерно для западных и северо-западных районов России. Общая протяженность периодов вспышек людоедства (от первого случая до последнего) колебалась по губерниям от 1 до 17 лет, равняясь в среднем 6 годам. Интервалы между годами бедствий достигли 8—11 лет, но в среднем составили по 14 губерниям, где волчьи агрессии наблюдались неоднократно, около двух лет. Максимальное количество детей, пострадавших за один год, было а Лифляндской губернии— 19, а в среднем близко к шести. Обобщение материалов за 21 год показало, что агрессивность волков по отношению к людям изменяется по месяцам года.

Она минимальна в зимние месяцы, возрастает весной, наиболее интенсивна летом, резко снижается осенью и падает к зиме. Это прослеживается главным образом при нападении хищников на детей: нападения волков на взрослых людей единичны во все месяцы года.

Приуроченность нападений волков

Приуроченность нападений волков на детей к летним месяцам подмечена П. А. Мантейфелем при изучении случаев людоедства, имевших место а военные и послевоенные годы. М. П. Павлов (1989) связывает это явление с трудностями волков а период вскармливания потомства. На наш взгляд, имеют место и другие причины: в холодное время года дети меньше проводят времени вне дома, реже бывают в лесу, поэтому возможность встреч с хищниками зимой, ранней весной и поздней осенью резко снижается. В теплый же период обратная картина — дети рвутся на улицу.

Во многих изученных сообщениях указывалось, чем занимались дети в момент нападения волка: сбором ягод, грибов, орехов, березовых почек, щавеля — 14 случаев; играли, гуляли, купались — 16; пастьбой и перегоном скота на пастбище — 18 случаев. Обобщение обстоятельств, при которых волки нападали на взрослых людей, дает иную картину. Обычно схватки происходили при защите детей или скота, при неожиданном столкновении с волком, забравшимся за скотиной во двор, при встрече со стаей волков во время их гона, при нападении самого человека на волка. В отдельных случаях причины волчьих атак остаются неясными.

Сравнивая ситуации нападения волков на детей и на взрослых, мы видим, что схватки с последними происходили большей частью вынужденно для хищника, когда человек становился преградой на его пути. Нападения же волков на детей зависели в основном от самих волков и лишены «смягчающих вину обстоятельств». Рассмотрим более подробно наиболее выдающиеся эпопеи волчьих разбоев в пределах одного уезда. В Быховском уезде Могилевской губернии за 65 дней, с 18 июня по 23 августа 1846г., нападения волков на детей зафиксированы 10 раз.

Затем нападение произошло 6 октября этого же года и еще в апреле следующего: волчица напала на трех подростков, пасших скот, одного из которых заела насмерть, но была застрелена прибежавшим на вопли крестьянином. После этого в уезде волчий разбой прекратился. Действия хищника отличались удивительной наглостью и умением. Волчица зачастую хватала детей на глазах взрослых людей, быстро умерщвляла и а шести случаях успевала унести в лес. Останки утащенных детей находили лишь дважды. Возраст жертв колебался от 5до 16 лет и в среднем был равен 10 годам. В Рогачеаском уезде Могилевской области волчий разбой длился четыре года подряд — с 1844 по 1847г., а затем возник еще через два года — в 1850г. Всего погублено 9 детей: в первый год трое, потом пару лет по два и далее — по ребенку а год. Во всех случаях, кроме одного, жертва умерщвлялась, а в пяти случаях из шести ее находили затем изуродованной или съеденной частично. В первом случае у найденной десятилетней девочки передавлена шея, оторвано правое ухо, вырваны грудь и левый бок. Во втором — у четырехлетнего ребенка ноги отгрызены до колен и труп его был прикопан землей. В третьем — от четырехлетней девочки нашли только голову с руками и грудью, да части ног. В четвертом — хищника настиг отец украденной девочки двух с половиной лет, когда тот терзал ее. Увидев людей, зверь скрылся, но тело девочки было уже наполовину объеденным.

В пятом — от шестилетнего мальчика, схваченного рядом с избой, нашли в версте от деревни только одну ногу. Из приведенных деталей можно заключить, что зверь не сразу, а постепенно приучался есть человеческое мясо: с каждым разом от жертвы оставалось все меньше и меньше. Видимо, людоедствовала одна и та же особь, специализировавшаяся в основном на маленьких детях: средний возраст жертвы был равен шести годам. В Каменецком уезде Подольской губернии нападения волков на детей отмечались три года: в 1844г.— один случай, в 1849 г.— семь и в 1850 г.— опять один. В год усиления людоедства четыре нападения приходятся на июнь, три на август и сентябрь. Как и в предыдущем случае, волк не сразу приучился к поеданию детей. Все пять первых волчьих жертв люди находили истерзанными, но не съеденными. От следующей, шестой, жертвы — четырехлетней малютки остались голова и ноги, и лишь о седьмом ребенке — девятилетней девочке, задавленной в сентябре, сообщалось, что она была сожрана. В Островском уезде Псковской губернии за 1847 и 1848 годы отмечено четыре нападения волков на детей. В первых случаях дети были отбиты. В двух последующих — жертвы унесены волком. Их находили мертвыми, искусанными, но не съеденными. В Ямбургском уезде С. Петербургской губернии за 21 день, с 25 июня по 16 июля 1861г., совершено пять нападений на детей и еще одно в октябре того же года. Примечательно, что волк ранил и убивал детей, не пытаясь поедать их.

Дважды он уносил жертвы, но потом находили их нерасчлененные трупы. В Слонимском уезде Гродненской губернии за первую половину августа 1850г. нападению подверглись девять ребят, трое пострадали во второй половине июля следующего года. В среднем возраст жертв был равен одиннадцати годам. Из двенадцати детей хищники съели пять, остальных изранили или задавили. Известно, что волки, нажираясь до отвала, в течение нескольких дней могут не есть: большей частью интервал между случаями съедания жертвы был равен неделе. В Перемышльском уезде Калужской губернии в мае 1850г. было совершено четыре нападения на детей. Первым (5.05.50) хищник унес двухлетнего мальчика. Через неделю (13.05.50) волк делает попытку похитить пятилетнего мальчика, которого крестьяне успевают отбить, но малютка умирает от полученных ран. На следующий день (14.05.50) волк уносит в лес семилетнего мальчика. А через 10 дней, бросившись на игравших на лугу детей, хватает и уносит сначала девочку, а затем мальчика, которых отнимают взрослые. Как видно из приведенного, возраст жертв постепенно увеличивался, а в конце и число их.

В Дерпском уезде Лифляндской губернии волки течение двух месяцев, с 11 июля по 8 сентября 1846 г., совершили 16 нападений на детей. Из них в 11 случаях жертва с незначительными или смертельными ранами была отбита людьми и лишь пять раз хищнику удавалось уносить ребят. Печальная судьба их ясна: лишь в одном случае найдены останки. Интервалы между нападениями с эффективным для хищника исходом колебались от четырех до шести дней. Интересно, что все они падают на первый месяц разбоя. Это позволяет думать, что в последующее время орудовали другие, «менее квалифицированные» хищники. Возможно, ими были подросшие волчата.

В Ость-Гариенском округе Эстляндской губернии в летнее время 1846 и 1847 годов волки совершили 11 нападений на детей, в семи случаях кончившихся плачевно. В ряде случаев волки терроризировали детей одних и тех же населенных пунктов. Так, в Гродницком уезде Черниговской губернии в 1844 г. из одного и того же села Кучиновка пострадало от волков шестеро детей. Все они были мальчиками от трех до десяти лет, кроме одной двенадцатилетней девочки.

В Летичевском уезде Подольской губернии волки нападали на четырех детей из сельца Козачок. Отбить удалось только одного. Почти каждая из приведенных вспышек людоедства имела какой-либо специфический признак: периодику Эффективных нападений, приуроченность к одному населенному пункту, сходный возраст жертв и так далее.

Это позволяет предполагать

Это позволяет предполагать, что разбоем занималась одна и та же особь с присущим ей преступным «почерком» или одна семья волков. Прекращение серии нападений на детей после убийства волчицы, напавшей на ребенка в Быховском уезде Могилевской губернии, подтверждает это. Почему агрессивность волка в отношении к человеку, прежде всего к его детям, имела место в далеком и не столь отдаленном прошлом — в военные и послевоенные годы (Павлов, 1965) и, видимо, отсутствует сейчас, хотя численность этого вида в нашей стране значительна? Причин тому несколько. Резкое сокращение сельского населения.

Сотни тысяч хуторов, мелких и средних деревень, помещичьих имений перестали существовать. В поле и в лесу, благодаря механизации, сейчас бывает лишь ограниченное число людей, главным образом взрослых. Маленьких детей, которых часто воровали волки, матери теперь не носят в поле, как раньше, Таким образом, возможности встреч волков с детьми сократились в миллионы раз. Ранее скот выпасался мелкими стадами, теперь он живет в животноводческих комплексах или пасется в крупных стадах конными пастухами.

Количество пастушат-детей, на которых часто нападали волки, резко сократилось. Если раньше охотой занимались единицы, в основном люди привилегированные, то сейчас ружья имеют очень многие; получили широкое распространение капканы, металлические петли, отравляющие вещества, волков истребляют с помощью наземной и воздушной техники.

Разработаны новые способы охоты на волков

Разработаны новые способы охоты на волков, неизвестные ранее, например, с флажками. Кроме перечисленных глобальных факторов, существует и ряд других более мелких. Благодаря акселерации дети стали крупнее и в более раннем возрасте могут оказывать эффективное сопротивление хищнику. Ныне тринадцатилетний мальчик зачастую равен по весу шестнадцатилетнему пареньку времен крепостного права, и унести его волку непросто.

Одежда затрудняет расправу хищника с человеком: ватная стеганая куртка и такие же брюки надежно защищают от зубов овчарки «преступника» на соревнованиях служебных собак. Босоногие, бесштанные деревенские ребятишки времен крепостного права — более легкая и лакомая добыча, чем хорошо одетый современный ребенок, у которого оголенными остаются лишь кисти рук да лицо.

В изученных фактах

В изученных фактах у людей, подвергшихся нападению волков зимой, когда человек хорошо одет, израненными оказывались именно руки и лицо: очевидно, хищник «понимает» уязвимость оголенных частей тела. Как видите, поведение волков — людоедство соотнесено с их физическими возможностями, с полом и весом тела жертвы и рядом других обстоятельств.

Это способствует успеху разбойной операции и свидетельствует не только о сравнительно высоком уровне рассудочной деятельности, но и о благополучном здоровье людоедствующих хищников. Рассмотренные случаи агрессий совершены здоровыми волками, а не бешеными. Таким образом, изложенные результаты подтверждают ошибочность укоренившегося взгляда о неспособности не бешеного волка к агрессии против человека.